onli-films.at.ua
Среда, 21.08.2019, 15:11
» Меню сайта
» Правознавство
1.ПРИНЦИПИ І МЕТОДИ ДІЯЛЬНОСТІ ОРГАНІВ МІСЦЕВОГО САМОВРЯДУВАННЯ

2.НОТАРІАТ В УКРАЇНІ

3.КОНСТИТУЦІЙНЕ ПРАВО УКРАЇНИ

4.КРИМІНАЛІСТИКА

5.ИСТОРИЯ ПОЛИТИЧЕСКИХ И ПРАВОВЫХ УЧЕНИЙ

6."МАЛА" СУДОВА РЕФОРМА В УКРАЇНІ

7.ОБЩАЯ И КРИМИНАЛЬНАЯ СЕКСОЛОГИЯ

8.ЮРИДИЧНА ДЕОНТОЛОГІЯ

9.АНГЛІЙСЬКА МОВА ДЛЯ ЮРИСТІВ ENGLISH FOR LAW STUDENTS

10.СЛОВНИЧОК ЮРИДИЧНИХ ТЕРМІНІВ

11.КРИМІНОЛОГІЯ

12.ЖИТЛОВЕ ПРАВО УКРАЇНИ

13.СУДОВА РЕФОРМА В УКРАЇНІ: СТАН І ПЕРСПЕКТИВИ

14.ТЕОРІЯ ДЕРЖАВИ І ПРАВА

15.ЮРИДИЧНА ДЕОНТОЛОГІЯ

16.МІЖНАРОДНЕ ПРИВАТНЕ ПРАВО

17.ЗАКОН УКРАЇНИ Про місцеве самоврядування в Україні

18.ТРУДОВІ СПОРИ

4.9. Сексуальные убийства
На протяжении веков отношение к убийству было неоднознач­ным. Поощрялось убийство врагов на поле брани, как необходи­мость воспринимались человеческие жертвоприношения. Из глубо­кой древности дошел к нам обычай ритуальных убийств и человечес­ких жертвоприношений. Жертвоприношение по своей первичной природе сродни молитве и зиждется на восприятии божества как че­ловека. Молитвой люди просили божество о милости, а приношени­ем даров (жертвы) стремились задобрить его. В последующем моти­вы жертвоприношения и их обрядовая форма менялись. Древние народы часто приносили в жертву детей. Когда у инков заболевал мужчина, он приносил в жертву своего сына, умоляя бога принять его вместо себя. Финикийцы, чтобы умилостивить богов, приносили в жертву своих самых любимых детей, а также детей из благородных семей, полагая, что угодность жертвы определяется тя­жестью потери. У древних греков подход был несколько иной, они приносили в жертву пленников или преступников. Ритуальные убийства, связанные с войной, составляют отдельную страницу истории человеческих жертвоприношений. Майя в угоду богам, даровавшим им победу, подвергали пленных врагов ритуаль­ным пыткам, которые заканчивались смертью. Ацтеки своих пленни­ков вначале откармливали в деревянных клетках, а затем приносили в жертву. Испанцы во время завоевания Мексики обнаружили храм бога войны ацтеков с более чем ста тысячью человеческих черепов. Большому количеству богов соответствовало и разнообразие культовых праздников с различными жертвоприношениями. Так, на празднике в честь богини земли, плодородия, сексуальных грехов и покаяния в жертву приносили девушку, из кожи которой изготовля­ли куртку для жреца, олицетворявшего богиню. С этой же целью уби­вал девушек и серийный сексуальный убийца в известном психологи­ческом детективе Т. Харриса "Молчание ягнят". В жертву великому богу солнца за год до ритуального праздника выбирали самого красивого пленника, окружали роскошью и почес­тями, исполняли все прихоти (но при этом бдительно охраняли). За 20 дней до праздника ему выбирали четырех жен-служанок, которых тоже почитали как богинь. Когда же наступал день весеннего жерт­воприношения, пленника клали на каменный жертвенник и верхов­ный жрец разрубал ему грудь и извлекал еще трепещущее сердце, чтобы поднести его богу солнца (Лаврин А. П. 1001 смерть. — М., 1991. — С. 416). Жертвоприношение у древних народов было связано и с мирны­ми делами — получением хорошего урожая, постройкой дома или крепости, при засухе и т. п. Бытовали обычаи окропления фундамен­та дома кровью человеческой жертвы, заложения в основание стены крепости живого человека, чтобы сделать укрепление неприступ­ным. Распространенными были убийство и захоронение вместе с умер­шим вождем жены, слуг или рабов покойного. Особенно многочис­ленными были человеческие жертвы при захоронениях китайских правителей и среди африканских народов. У галлов существовал обычай сжигать вместе с умершим всех его жен при малейшем подозрении о неестественности его смерти. Это объяснялось частыми отравлениями мужей и, таким образом, носило профилактический характер — другим в назидание. Кстати, в Древ­нем Риме, Египте, Китае масштабы отравлений женами своих мужей достигали размеров эпидемий. Наряду с этим жены нарушали супру­жескую верность и предавались разврату. Традиции, связанные с ритуальными убийствами, до сих пор со­храняются в некоторых странах Африки. В 1979 г. в Гане для риту­ального жертвоприношения по случаю похорон вождя одного из племен был похищен четырехлетний мальчик. Вмешательство поли­ции предотвратило преступление. В Либерии в 1989 г. в ритуальном жертвоприношении принимал участие сам министр внутренних дел, за что в дальнейшем был осужден. В том же 1989 г. в Зимбабве уби­ли двух девушек, из тел которых вынули языки, половые органы и части внутренностей для продажи в качестве приносящих счастье амулетов. Что же представляют собой убийства на сексуальной почве? Серийных сексуальных убийц можно разделить на три группы: 1. Лица, страдающие психическими и иными недугами, поведение и поступки которых обусловлены характером и течением заболевания. Это в основном невменяемые либо страдающие различными психи­ческими заболеваниями, не исключающими вменяемости (шизофре­ния, дебильность, психопатия). Для этой группы характерна кажу­щаяся бессмысленность действий. Стремясь получить половое удов­летворение противоестественным способом, такие преступники наносят жертве грубые анатомические повреждения, например, при­жизненное или посмертное отсечение головы, конечностей, перегры-зание горла и др. Их действия на месте происшествия лишены всякой логики: долгое нахождение на месте убийства, не вызванное необхо­димостью, надевание на труп одежды, бесцельное его перемещение. Как правило, они не принимают мер к сокрытию следов преступле­ния и трупа. Близки к ним лица с патологическими отклонениями на сексуаль­ной почве, так называемые половые психопаты. Отличает их то, что совершенные ими убийства связаны с сексопатологией (садизм, го­мосексуализм, некрофилия, педофилия, фетишизм). Они убивают с особой жестокостью. Об этом свидетельствует нерациональность на­несенных жертвам повреждений (особенно эрогенных областей и по­ловых органов), чрезмерных как для целей убийства, так и для осу­ществления половой агрессии (А. Бухановский 1992). Преступники нередко вырезают половые органы, отчленяют соски, они проявля­ют повышенный интерес к виду, вкусу и запаху крови (C. Allen 1962, А. Бухановский 1992). Половые психопаты склонны к повто­рению одних и тех же действий. Способы совершения преступлений стереотипны, при очередном убийстве повторяется большее число элементов предыдущих преступлений, что позволяет проследить патосексуальный криминальный "почерк". 2. Лица, не имеющие половых аномалий и отклонений в психике, в ос- нове преступного поведения которых решающую роль сыграли соци- альные факторы. Для этих преступников характерны решительность, дерзость и изворотливость. В ситуациях, сопряженных с большим риском, они ухитряются совершить преступление и скрыться незамеченными с места происшествия. Нападают внезапно и стремительно, молние­носно, лишая своих жертв сознания и действуя наверняка. Физическое насилие осуществляется достаточно просто, без при­менения каких-либо необычных орудий. Наиболее распространен­ными являются убийства путем удушения руками или предметами одежды жертвы, а также нанесения ударов ножом. Такие преступ­ники чаще всего нападают на жертву в вечернее и ночное время в укромном месте, из засады. В большинстве случаев с потерпевши­ми совершаются половые акты. Изнасилования сопровождаются ог­раблением (деньги, часы, предметы одежды, украшения). 3. Атипичные преступники с формально благополучными харак- теристиками. Они убивают, с тем чтобы сокрыть изнасилование, и заранее к этому готовятся. Все действия носят продуманный харак- тер, прослеживается подготовленность в плане выбора места и вре- мени совершения преступления, сводится к минимуму возможность разоблачения. Как правило, такие субъекты в безопасной для себя обстановке устанавливают длительный контакт с жертвой, а затем неожиданно нападают на нее, используя "благоприятное" стечение обстоятельств. Для завлечения жертвы в безлюдное место использу- ются убедительные предлоги. При этом обман отличается тонкостью и изобретательностью. Чтобы привести потерпевшего в беспомощ- ное состояние, такие преступники связывают ему руки и ноги, даже если они физически превосходят жертву. Нередко преступления ужесточаются по мере повторения — от развратных действий к изнасилованию, от простого изнасилования к убийству с изнасилованием. Для всего постсоветского пространства нарицательным стало имя сексуального маньяка А. Чикатило. Уголовное дело "Лесополоса" вошло трагическим рекордом в историю патосексуальной кримино­логии. В силу того, что о преступнике и его преступлениях в свое вре­мя было написано и рассказано очень много и по материалам след­ствия в США снят художественный фильм, мы не будем подробно описывать данную серию, а остановимся на роли психиатрии в рас­крытии этого преступления. Это дело впервые продемонстрировало потенциальные возможности криминалистической психиатрии в ро­зыске патосексуальных преступников. Являясь сексуально несостоятельным, преступник получал сексу­альное удовлетворение от убийств мальчиков и женщин с нанесени­ем множественных ножевых ранений, ампутацией половых органов, молочных желез. Мастурбируя над трупом, он заталкивал семя во влагалище или задний проход жертвы, в ряде случаев поедал ампути­рованные части тела. За 12 лет преступной деятельности число жертв достигло 53 человек. Отсутствие опыта расследования серийных преступлений и долж­ного научно-технического обеспечения, неразработанность тактики оперативной работы затрудняли поиски и приводили следователей в состояние безысходности. В этой ситуации неоценимую помощь расследованию оказал пси­хиатр А. Бухановский, к которому обратились за помощью работни­ки следственных органов. Были сформулированы задачи, решение которых могло дать направление поискам, разработан и апробиро­ван метод создания проспективного портрета патосексуального пре­ступника. Обоснование суждения, что каждый эпизод убийства по своим мотивам, динамике и содержанию является извращенным ана­логом полового акта, совершаемого мужчиной, помогло отбросить ложные версии (использование жертв в качестве доноров для транс­плантации, сектантская деятельность с жертвоприношениями и др.). Был сделан вывод, что знакомство могло происходить, скорее всего, в местах, связанных с перевозкой пассажиров, а истинно вож­деленной группой для убийцы являются девушки-подростки средне­го роста с короткой прической и натуральными русыми волосами. Это имело важное значение для следствия, в частности, для подготов­ки "подсадок", определения места и времени их использования. Сле­довательно, ориентировка на внешние признаки предполагает совер­шение преступления в светлое время суток. Было выдвинуто предпо­ложение, что разговор с будущей жертвой носил преимущественно бытовой характер на нейтральную тему без установления эмоцио­нальных связей и с сохранением анонимности. Появление среди жертв детей независимо от пола объяснялось с позиции викарной педофилии, когда пол ребенка не имеет значе­ния, так как характер сексуального стимула приобретает само детс­кое тело с чертами незрелости, что не является признаком гомосексу­ализма. Предполагали также, что убийца страдает некросадизмом и что вероятность самостоятельного прекращения реализации пато-сексуального поведения невелика. Манера нанесения повреждений — вначале поверхностные, мно­жественные в область эрогенных зон (своего рода садистские "лас­ки"), а затем множественные глубокие практически из единого вход­ного отверстия (аналог ускоренного ритма полового акта), а также тяжкие повреждения глаз были отнесены к истинным признакам па-тосексуального почерка убийцы. После поимки Чикатило эти предположения подтвердились, а на основании его тщательного обследования А. Бухановский ввел поня­тие "феномена Чикатило" — варианта криминальной личности, этап­ное патологическое развитие которой приводит к появлению и за­креплению потребности в совершении повторных (многоэпизодных) садистских преступлений против личности и половой неприкос­новенности граждан. Анализ этого феномена позволяет выделить в нем три взаимосвязанных блока: биологический, психологический и клинический. Биологический имеет двоякое значение: создает неспецифическую биологическую предиспозицию для возникновения анализируемого расстройства и формирует патологическую систему — патогенети­ческий механизм развития обсессивно-компульсивной сексуальной агрессии. Психологический блок также неоднозначен. На доклини­ческом этапе он включает патологическую предиспозицию к "фено­мену Чикатило", психогенез его возникновения и феноменологию становления криминальной многоэпизодной сексуальной агрессии. Психогенез сексуального садистского поведения связан как с ме­ханизмами фрустрации и пониженной самооценкой, так и с тем, что сексуальное поведение способно изменять самооценку, выступать формой самоутверждения и компенсации. Ему же на доклиническом и на клиническом этапах личность "обязана" созданием системы психологической защиты. Основным признаком клинического этапа " феномена Чикатило" выступает обсессивно-компульсивный сексу­альный садизм, который проявляется синдромами психической и физической зависимости от патосексуального поведения, синдромом измененной реактивности, психопатизацией и снижением личности. Синдром психической зависимости включает обсессивное влече­ние к сексуальному садизму, состояние психического комфорта в па-тосексуальной ситуации, состояние психического дискомфорта вне патосексуальной ситуации. К синдрому физической зависимости от­носятся компульсивное влечение к сексуальному садизму, состояние психофизического комфорта в патосексуальной ситуации, состояние психофизического дискомфорта вне патосексуальной ситуации, па-тосексуальная абстиненция. Для синдрома измененной реактивности характерны рост пато-сексуальной толерантности, измененные формы исполнения сексу­ального садизма. Рост толерантности диктует усиление грубости и кажущейся бессмысленной жестокости. Снижение личности проявля­ется оскудением личности и сексуальности, что приводит к сниже­нию социального статуса, микросоциальным конфликтам и дезадап­тации. Сексуальный садизм имеет стадийное развитие. В продроме появ­ляется трудносдерживаемое и неудержимое влечение к внутренним формам сексуального садизма (представления, фантазии), приобре­тающим психотропный, в том числе эротизирующий эффект. Первая стадия дебютирует падением первичного психотропного эффекта внутренних форм сексуального садизма и ростом патосексуальной толерантности, которая проявляется прежде всего в поведении. Вна­чале они могут выступать в виде социально допустимых поступков или проступков. На первой стадии преобладают признаки психичес­кой зависимости. Возможны спонтанные ремиссии и сублимационные формы компенсации. К концу первой стадии нарастает гомеостаби-лизирующий эффект сексуального садизма, заостряются премор-бидные особенности личности. Вторая стадия начинается с выхода на плато толерантности. Нарастают признаки физической зависимо­сти, сопровождаемые снижением или потерей количественного и си­туационного контроля. Ремиссии временные, ситуационно обуслов­ленные. Появляются признаки оскудения личности и сексуальности. Последняя все более приобретает аутоэротический характер, парт­нер становится анонимным. Психологические особенности рассматриваются в трех аспектах: предиспозиционном, психодинамическом и криминально-поведен­ческом. Предиспозиция характеризуется дисгармоническим складом личности, включающим черты шизоидности, сенситивность и общую психическую ригидность в различном соотношении. Общий стиль поведения характеризуется внешней гипо- или асексуальностью, со­четающейся с напряженностью и высокой значимостью внутренних сексуальных переживаний. Воспитание в семье противоречивое и включает эмоциональное отвержение, нередко жестокое обращение, шаблонно-стереотипные гиперсоциальные установки. Дисгармония ведет к возникновению интра- и интерперсональ­ных конфликтов, сущность и психодинамика которых связаны с фру­страцией уровня притязаний и пониженной самооценкой в первую очередь в собственной маскулинности. Выход из ситуации фрустра­ции происходит либо путем сублимации, либо иллюзорно-компенса­торным, включая сексуальное насилие. Раз возникнув, эта агрессия быстро приобретает характер стереотипного способа разрешения ситуации фрустрации. Исследование 28 серий позволили выделить следующие кримина­листические черты серийных убийств (В. Гайков, А. Бухановский, Ю. Байбаков 1998). 1.  Многоэпизодность преступлений — серийные преступления многоэпизодны по определению, т. е. это неоднократные, тождест­венные и однородные криминальные деяния. 2.  Множественность преступлений — отдельные эпизоды серий включают сразу несколько видов преступлений: преступные деяния против половой неприкосновенности, умышленное убийство, теле­сные повреждения или угроза их причинения, нередко — в сочетании с преступлениями против собственности (грабежи, разбои, кражи). 3.  Высокий уровень рецидивности. Две трети серийных убийц ра­нее судимы, многие — неоднократно. Чаще всего предыдущие суди­мости были за изнасилование, преступления против собственности, умышленные убийства с причинением тяжких телесных поврежде­ний. 4.  Фактическая безремиссионность серийного криминального на­силия. После освобождения из мест лишения свободы очередное пре­ступление, относящееся к предыдущей серии, совершалось в среднем через 7,4 месяца. 5.   Крайняя опасность и тяжесть рецидива серийных преступле­ний. Рецидивы преступлений характеризуются, как правило, все большей тяжестью и жестокостью. 6.   Ранний возраст начала серии (в среднем 23,8 года). Как прави­ло, криминальная биография начинается сразу с серии, реже — с ино­го состава преступления в более раннем возрасте. 7.   Утяжеление насилия от судимости к судимости. Исследователи отмечают следующую динамику судимостей: имущественные пре­ступления — сексуально мотивированные преступления — умыш­ленные убийства с истязанием жертв. К психосоциальным особенностям личности серийных убийц мож­но отнести преимущественно низкий уровень образования, праздный образ жизни (не работали, не учились), семейную дезадаптацию (пре­имущественно холостяки и разведенные). Способ лишения жизни во всех сериях стереотипен, отличается шаблонностью. В большинстве серий криминальным эпизодам пред­шествует состояние алкогольного опьянения, примерно треть убийц совершают преступления в трезвом виде. Криминальные эпизоды характеризуются неоправданной жестокостью, мучительными и множественными повреждениями, надругательством, в частности, над трупом. Практически в каждой серии убийств отмечаются специ­фические индивидуальные черты, позволяющие выделить патосексу-альный садистский почерк. К сексуальным убийствам принято причислять таковые, которые сочетаются с изнасилованием (при наличии расстройств полового влечения) и связаны с сексуальными переживаниями и мотивами. Мы считаем, что более правильно относить к сексуальным все убийства, связанные с отношениями между полами либо внутри пола при нали­чии гомосексуальной ориентации. При этом подразумеваются ин­тимные, а не производственные (или другие) отношения. Подобное расширенное трактование позволяет отнести к этой группе убийства жены (мужа), любовницы (любовника), распространенность и обще­ственная опасность которых не подлежат сомнению. Теме сексуальных преступлений посвящены множество романов и повестей, драм и комедий, детективов и мелодрам. Убийство жены осуществляется, если она равнодушна к супругу, при характерологических особенностях, от ощущения своей ненуж­ности в семье, в приступе ревности, при попытке развода со стороны жены в условиях ее большой значимости для биологической, соци­альной и сексуальной адаптации мужа. Обида и раздражение, возни­кающие, как правило, в указанных ситуациях, особенно усиливаются в состоянии алкогольного опьянения, когда и совершается большин­ство таких убийств. В ряде случаев после убийства жены мужчина кончает жизнь самоубийством. Широко распространены случаи убийства жен с целью получения страховки, иногда носящие даже серийный характер. Примером мо­жет послужить история Джорджа Смита, по мотивам которой Агата Кристи написала рассказ "Коттедж Филомены". Джордж Джозеф Смит родился в 1872 г. и с раннего детства был не в ладах с законом, промышлял воровством, мошенничеством, брач­ными аферами. Венцом его преступной карьеры стала серия убийств. Су­щество дела заключалось в том, что Смит женился, страховал жизнь сво­ей жены, а затем топил ее в ванне, имитируя несчастный случай. Первой жертвой стала 32-летняя Бесси, на которой Смит женился под чужим именем и которую застраховал на 2700 фунтов. Затем снял для семьи небольшой домик и вскоре приобрел ванну. На следующий день Смит пожаловался местному врачу, что его жена страдает эпилеп­тическими припадками, хотя она жаловалась лишь на головную боль. Поэтому, когда в июле 1912 г. Смит вызвал доктора и сообщил, что Бес­си утонула, купаясь в ванне, тот поверил ему. Со слов врача в свидетель­стве о смерти была констатирована смерть из-за эпиприпадка при погру­жении в воду. Второй женой была 25-летняя Элис, чью жизнь он застраховал на 500 фунтов стерлингов. Здесь все было разыграно по предыдущему сце­нарию — недомогание и визит к врачу, а на следующий день — 12 декаб­ря 1913 г. жена утонула, принимая ванну. Врач пришел к выводу, что го­рячая вода вызвала сердечный приступ, потерю сознания, в результате чего миссис Смит утонула. Муж во время трагедии якобы выходил за покупками. На своей третьей жене Смит женился под именем Джорджа Ллойда. Накануне смерти у 38-летней Маргарет тоже болела голова и она с му­жем посетила доктора. В день смерти муж якобы ушел на прогулку и, вернувшись, вместе с хозяйкой квартиры обнаружил свою жену утонув­шей в ванной комнате. Это было в декабре 1914 г. Врач решил, что грипп и горячая вода привели к обмороку, из-за которого она захлебнулась. Смиту достались 700 фунтов страховки и деньги, снятые женой со счета незадолго до смерти. Основной особенностью этих случаев было отсутствие следов на­силия на теле погибших. Инспектор Нил, заподозривший неладное, сопоставил газетные сообщения и задержал Смита за дачу ложных сведений о своей личности (последний отрицал свою причастность к предыдущим двум женщинам). Однако проведенные эксперименты с опытными пловчихами показали невозможность утопить в ванне, не оставив следов насилия на теле. Разгадка пришла почти случайно — во время одного из экспериментов инспектор резко дернул пловчиху за ноги, и она ушла под воду, потеряла сознание и захлебнулась. Ин­спектор с помощниками еле смогли ее откачать. Информация об этих чудовищных преступлениях на некоторое вре­мя даже затмила сводки с фронтов Первой мировой войны. 30 ию­ня 1915 г. при большом наплыве публики, состоящей преимуществен­но из одиноких женщин, Джордж Смит был приговорен к смертной казни через повешение. Однако поскольку подобные убийства совершаются по мотивам распределения и получения материальных благ, то их вряд ли можно отнести к разряду сексуальных, скорее наблюдается аналогия с уни­чтожением малоценного, но хорошо застрахованного имущества. Рассмотрим некоторые типичные внутрисемейные ситуации, тая­щие в себе угрозу последующего насилия. Очень распространены до­минирование жены и подчиненность, подавленность мужа. Такое положение вещей тягостно воспринимается мужем, он чувствует не­возможность реализации своего мужского начала не столько в сексу­альном, сколько в общепсихологическом аспекте, что ведет к форми­рованию стойкой отрицательной эмоциональной напряженности. В силу своей замкнутости, неуверенности, тревожности он не спосо­бен к самостоятельному контакту с внешним миром (в его восприя­тии — чуждым и враждебным). Поэтому разрыв семейных отноше­ний для него неприемлем, а подчиненность компенсируется пьянст­вом и жестокостью в стремлении восстановить свой мужской статус. Кстати, большинство случаев мужского пьянства связано именно с психологической неудовлетворенностью семейными отношениями. Постоянная алкоголизация еще сильнее сужает возможности соци­альной адаптации и психологически привязывает к жене. Указанную ситуацию женщина воспринимает двояко: с одной стороны, постоян­ные оскорбления, избиения, издевательства пьяного мужа делают жизнь невыносимой, с другой — она получает подсознательное удов­летворение от чувства собственного превосходства, на фоне "ни­кчемного" мужа-пьяницы она может подчеркнуть перед сотрудника­ми, подругами, знакомыми свою исключительную положительность, создать себе ореол мученицы. Иными словами, здесь наблюдается обоюдная социально-психологическая зависимость. В зависимости от условий воспитания, глубинных особенностей личности возмож­но как вариант выхода из создавшейся ситуации убийство одного супруга другим. В ряде случаев муж не может компенсировать свою подавленность (например, из-за отрицательного отношения к алкоголю ит. п.) и снять постоянно возрастающее отрицательное эмоциональное на­пряжение. Тогда тихий, невзрачный, нерешительный муж не­ожиданно для всех "разряжается" через убийство. Это один из вари­антов подтверждения известной поговорки "В тихом омуте черти во­дятся". Не менее точно и крылатое выражение о последней капле, переполнившей чашу терпения, так как непосредственным толчком к убийству выступает очередное, вполне обычное для данной семьи унижение мужского и человеческого достоинства. В этом контексте вспомнилась маленькая, на первый взгляд малоправдоподобная за­метка, напечатанная в одной из украинских газет несколько лет на­зад (воспроизводим по памяти). В ней сообщалось, что в Киеве со­здан клуб мужей, убивших своих жен и честно отсидевших свой срок. Председатель, отсидевший 13 лет, поделился своей историей. С же­ной — женщиной не только властной, но и сильнее его физически — он прожил 8 лет, подвергаясь постоянным оскорблениям, унижениям и избиениям, которые молчаливо и терпеливо сносил. И вот однаж­ды, когда из-за какого-то неловкого действия она начала бить его го­ловой о батарею, он выбросил ее из окна высотного дома (дело было летом и окно было открыто).
» Поиск
» Статистика

18.206.15.215

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

» Карта

free counters
» Форма входа
Copyright MyCorp © 2019Конструктор сайтов - uCoz